Воскресенье, 11 декабря, 2016 года: USD = 63.3028, -0,0873 EUR = 67.2086, -1,0372

Андрей Крайний: "Рыбные запасы – гарант продовольственной безопасности России"

31 октября 2008, 16:06
С будущего года все морепродукты, добытые в исключительной экономической зоне России, будут проходить российское таможенное оформление. Сейчас в Федеральном агентстве по рыболовству завершается работа по распределения квот добычи (вылова) водных биологических ресурсов на десятилетний период. Ранее состоялось конкурсное распределение рыбопромысловых участков на 20 лет. Промышленное рыболовство страны наконец-то получает продолжительный горизонт планирования, инвестиционно привлекательные правила. Целый комплекс долгосрочной нормативно-правовой базы для эффективной работы инновационного закона «О рыболовстве и сохранении водных биоресурсов» заработает в полном объеме с 1 января следующего года. Оценку текущей ситуации в отрасли для РИА Fishnews.ru дал руководитель Федерального агентства по рыболовству Андрей КРАЙНИЙ.

- Андрей Анатольевич, проблема продовольственной безопасности сегодня обсуждается все чаще и острее. Считается, что страна должна сама производить 60–65 процентов продовольствия для собственных жителей, только в этом случае можно не бояться зависимости от импортных поставок продуктов питания. Рыба и морепродукты хоть и не являются главными блюдами в меню наших граждан, однако составляют или, по крайней мере, должны составлять значительную часть рациона. Насколько отрасль способна прокормить россиян?

- Мы действительно не можем отгородиться от мировых цен. Одно из объяснений роста стоимости продовольствия – финансовый кризис. Деньги уходят из финансовых инструментов. Фонды активнее вкладываются в сырье. За последние полстолетия рост индекса на оптовые закупки сельскохозяйственных товаров подскочил на рекордные 15 процентов. Кроме того, подорожание продовольствия стимулирует поднимающееся благосостояние в странах с быстрорастущим населением. Прежде всего, в Китае и Индии. Рыба – не исключение. Безусловно, это более «волатильный» продукт, чем нефть, – сезонный и очень зависящий от погоды. Но рыба – продукт, во-первых, возобновляемый и, во-вторых, незаменимый. Спрос на нее будет только расти. Это не американские деривативы, это реальный продукт питания. Более того, Россия – уникальная страна: мы в состоянии обеспечить свою потребность в рыбе и морепродуктах на 100 процентов. Рыба корма не просит, ухода не требует – добывай рационально и ешь. Приведу очень показательные цифры: сельское хозяйство нашей страны за год производит чуть более 5 миллионов тонн мяса при 200-миллиардной бюджетной поддержке. Рыбаки платят в бюджеты различных уровней более 20 миллиардов рублей и обратно получают порядка 8 миллиардов. При этом добывают более 3 миллионов тонн рыбы. Вот такая арифметика. Морепродукты – это самый доступный животный белок на планете. И у нас его в изобилии. В России самые рыбопродуктивные Охотское и Берингово моря, самая рыбопродуктивная в мире река Озерная. Из 600 видов рыб мы в состоянии поставлять на стол россиян любую. К тому же у нас огромный экспортный потенциал. Есть виды водных биоресурсов, которые абсолютно востребованы мировым рынком – минтай, треска, я уже не говорю о крабах – по ним мы вообще монополисты, 65 процентов мировых крабовых запасов находятся в наших водах. Повторю, это возобновляемые ресурсы. Рационально их используй – и море готово кормить тебя и твоих потомков сотни лет. Другое дело, что отрасль запущена, потребление рыбы не развито. Прошлогодние три с лишним миллиона тонн вылова можно смело умножать на полтора, чтобы получить реальный объем. Только теневой оборот осетровых оценивается в 28 миллиардов рублей. Мы наплевательски относимся к своим богатствам. Утрачены традиции потребления рыбы, отсутствует должный маркетинг, реклама, нет пропаганды здорового питания. Ведь рыба гораздо полезнее мяса – спросите любого диетолога. К тому же есть большие проблемы с доставкой морепродуктов с побережья во внутренние районы страны. Из-за всего этого рыбы мы потребляем гораздо меньше, чем могли бы и надо бы потреблять.

- Вы собирались запустить летом рыбную биржу. Что это такое и как она поможет увеличить потребление морепродуктов?

- У нас действительно есть поручение Президента России начать реализовывать рыбопродукцию через биржу, точнее через аукционы. Мы подготовили два постановления – о проведении аукционов в Российской Федерации. Однако сейчас в Госдуме работают над законом о биржах и биржевой торговле. Нам необходимо синхронизировать эту деятельность. Конечно, всю рыбу, которая идет на экспорт, необходимо продавать через этот механизм, чтобы отрасль была действительно прозрачной. А то иной раз смотришь договора на поставку на экспорт, особенно нашим восточным коллегам, и, если верить этим документам, то килограмм краба продается по цене банки кильки в томатном соусе, что, конечно, не похоже на правду. Поэтому отрасль получила два очень важных посыла, которые закреплены в Законе. Мы ознакомились с опытом ведущих рыболовных стран. Например, Исландия продает через аукционы водных биоресурсов на 2 миллиарда долларов в год. Для нас это ориентир. Мы прогнозируем, что рыбный рынок в связи с этим станет прозрачнее и объемнее. Появятся реальные котировки на продукт. И мы уверены, что его на рынке станет больше и в конечном итоге он станет доступнее для потребителя.

- Пока этого не заметно…

- К сожалению, мешают многочисленные барьеры. Ведь у нас страна географически устроена так, что 60% рыбы находится на Дальнем Востоке, а 75–80% населения живет в центральной части России. Этот разрыв, эти расстояния, конечно, тяжело преодолеваются. Я часто привожу такой пример: килограмм сельди, скажем, на Дальнем Востоке стоит 14 рублей. 9 рублей стоит довезти его. Мы ведем сейчас работу с Федеральной службой по тарифам для снижения тарифов на перевозку нашей продукции, как это было в СССР – тогда была 50-процентная ставка. Но 14 плюс 9 – это 23. А почему-то на магазинных прилавках эта же самая сельдь, с которой ничего не делали, стоит уже 90–100 рублей. Поэтому в наших планах не только создание аукционной торговли рыбой. Мы хотим создать большой оптовый рынок для торговли морепродуктами. Хотим избавиться от посредников, которые стоят между производителем и конечным потребителем – обыкновенным россиянином, который приходит в магазин. И таким образом убрать эту сверхприбыль, которую зарабатывают перекупщики. К слову сказать, у наших японских коллег установлено законодательно, что наценка на рыбу не может превышать 15%. Готовящийся закон о торговле, думаю, должен привести в чувство наших ритейлеров. Потому что порой доходит до смешного. В московских магазинах – засилье импорта. Но ведь Россия – страна абсолютно импортонезависимая в отношении рыбы и водных биоресурсов. У нас, слава Богу, моря и океаны дают все то, что употребляет человек, начиная от карасей и сазанов и кончая морским ежом, гребешком и устрицами. Однако зачастую нашим ритейлерам по очень простой причине выгоднее работать с западными производителями. Скажем, есть такая рыба – барабулька. Так вот, французская барабулька в магазине стоит 1600 рублей за килограмм, в то время как наша черноморская – 70 рублей. А норма прибыли с 1600 рублей, понятно, гораздо больше, чем с 70. И торговые сети неохотно нашу продукцию берут. Мы полагаем, что через создание оптового рынка наши производители, рыбаки получат возможность выходить напрямую на потребителей – на обычных людей, на владельцев маленьких кафе, ресторанов, магазинов и так далее.

- Но одних аукционов, оптовых рынков может быть недостаточно для стимулирования бизнеса, тем более в такой затратной области.

- Системный кризис рыбной отрасли требует системного выхода. Мы реализуем комплекс мер. С 1 января 2009 года вся продукция, выловленная в исключительной экономзоне России должна проходить российское таможенное оформление. Кроме того, при поставке рыбы на территорию страны рыбак платит 10 процентов ставки за пользование водными биоресурсами, при поставке на экспорт – 100 процентов. Как только мы эти нормы ввели законодательно, бизнес тут же отреагировал. Предприниматели поняли, что с начала следующего года судов в наших морских рыбных портах станет гораздо больше, продукция пойдет на российский берег. Они уже готовы строить холодильники в этих портах, организовывать логистику. Более того, серьезный интерес к российской рыбопереработке проявили норвежские, японские, корейские компании.

Недавно правительственная комиссия по вопросам развития рыбохозяйственного комплекса утвердила график перехода на новые 10-летние квоты по вылову биоресурсов с 1 января 2009 года. К середине ноября мы утвердим распределение квот между заявителями. Эти мероприятия наряду со вступлением в силу нормы закона об обязательной доставке уловов из двухсотмильной исключительной экономической зоны России на российский берег, о российском таможенном оформлении, а также о наличии собственного или арендованного (на десять лет) рыболовецкого флота будут способствовать консолидации отрасли, концентрации рынка. Это создаст благоприятные условия для работы рыбных аукционов. И конечно, это значительно повысит инвестиционную привлекательность рыбопромыслового и рыбоперерабатывающего сектора национальной экономики.

- Давайте еще раз вернемся к транспортной составляющей в цене рыбы. Везти ее с Дальнего Востока, и даже из Калининграда недешево…

- Да, рыба – на Дальнем Востоке, а население сосредоточено в европейской части страны. Минтранс сегодня призывает считать наценку, отталкиваясь не от оптовой цены в месте улова, а от оптовой цены в Москве. Уже упомянутая селедка в Москве стоит 90 рублей за килограмм, доставка из Владивостока, как я говорил, – 9 рублей за килограмм. Получается как бы не очень большая транспортная составляющая. Однако во Владивостоке закупочная цена той же селедки – 14 рублей за килограмм. И в таком случае 9 рублей за доставку килограмма рыбы – это уже больше 60 процентов накрутки только за транспорт. И это не единственная проблема. Еще катастрофически не хватает рефрижераторных вагонов. Когда во время путины на Сахалине невозможно найти вагоны, чтобы отправить рыбу в Москву, когда раздают взятки за то, чтобы дали эти вагоны, – тут уже не до железнодорожного тарифа.

- И что вы предлагаете сделать с тарифами?

- Вернуться к системе, работавшей в СССР, и давать 50 процентов скидки на скоропортящуюся продукцию при перевозке в европейскую часть страны.

- А субсидировать это будет государство?

- Никто не будет субсидировать. На наш взгляд, 50 процентов с лихвой покрывают себестоимость перевозки. Ведь в тарифе «РЖД» заложено много чего… И местное финансирование, и содержание непрофильных активов, и Бог знает что еще. Содержание футбольного клуба «Локомотив», например. Нам все-таки представляется, что тариф должен быть платой за перевозку, а не взносом на содержание «РЖД». Если в тарифе находится инвестиционная составляющая – давайте ее обсуждать. Но никакого обсуждения нет. Тарифы – тайна за семью печатями.

- Понять «РЖД» можно. Ведь глядя на вас, другие отрасли тоже захотят скидку.

- Все-таки в нашем случае речь идет о продовольственной безопасности страны, о скоропортящейся продукции. К тому же полагаю, что это – временная мера. Появятся логистические компании – будет другая песня. Пока же мы перед выбором: либо транспортную наценку переложить на конечного потребителя рыбы, либо все-таки железнодорожники сами разберутся в структуре своих затрат. На наш взгляд, даже если и не 50 процентов скидки, то на 30 процентов «РЖД» может подвинуться легко. Тем более, прецедент есть. В прошлом году нам удалось снизить тариф на перевозку на 12 процентов – и ничего, никаких проблем не возникло.

- Сегодня на российский рынок поставлять продукцию рыбакам зачастую невыгодно. И дело не только в низких закупочных ценах. Рынок очень жестко поделен…

- Действительно, часть улова уходит за рубеж не столько потому, что там цена выше, сколько потому, что рыбаки не могут войти на рынок здесь. Здесь надо платить за вход по каждому виду рыбы, надо держать мерчендайзеров, постоянно поддерживать рекламные акции. Между тем в рыболовном бизнесе очень мало крупных компаний. У нас компания считается крупной, если у нее оборот 300 миллионов долларов в год, а большинство компаний не в состоянии нести такие расходы. Причем торговые сети не сразу оплачивают купленное, а с отсрочкой от 40 до 100 дней. Причем ритейлеры ставят такую наценку, что рыбу перестают покупать из-за дороговизны, после чего рыбакам говорят: знаете, у вас очень низкая оборачиваемость товара, наверное, мы откажемся от ваших поставок. Круг замкнулся, что называется. Повторю: какие-то изменения в готовящийся закон о торговле надо вносить. К нам почти год назад приходили советоваться ритейлеры. Но пока они не почувствуют, что их кто-то поджимает, они не пошевелятся. Им выгоднее торговать французской барабулькой, чем нашей черноморской. Хотя рыба одна и та же абсолютно. Мне же представляется, что за счет оборачиваемости товара можно заработать то же самое.

- И все же гнать улов за границу, того же краба – в Японию, оказывается намного выгоднее, чем пытаться продать пойманное у нас. Как исправить ситуацию?

- Сегодня не возвращаться с уловом или не декларировать его становится себе дороже, потому что это нарушение правил рыболовства. По факту это уже будет контрабанда, потому что закон обязывает явиться в порт. И если вы этого не сделали, то мы имеем право изъять у вас разрешение на вылов или отнять квоту. А если мы у вас отнимаем квоту за контрабанду и браконьерство, это страшнее любого штрафа, потому что мы вас бизнеса лишаем. А эта квота теперь на 10 лет. И вы в таком случае много раз подумаете: стоит ли рисковать. Заработаете вы на контрабанде краба 100 или 200 тысяч долларов, но ведь на 10 лет-то этих денег мало!

- Думаете, все сразу станут честными?

- Наверное, какие-то попытки нарушить закон будут. Пересортица, небольшой перелов сверх квоты, но несопоставимые с тем, что происходит сегодня. Конечно, есть браконьеры, которые игнорируют наши законы. Они их не читали и читать не собираются. Флаг Камбоджи подняли и пошли. Но им мы тоже кое-что готовим. Например силовое воздействие, на этих, так называемых рыбаков. Надо объяснить, что они делают. 200-мильная зона – это исключительная экономическая зона, где прибрежное государство имеет суверенные права на разработку природных ресурсов. А иностранные суда имеют право по закону транзитом следовать через экономзону любой страны. И что же браконьеры творят? Заходит корабль. Перегружает с нашего рыбака на свой борт того же краба и начинает двигаться к выходу из нашей зоны. Если его вдруг задержат пограничники, он говорит, что зашел заправиться, но передумал, и вот идет назад в Японию, а краба, который на борту, брал в Японии. Поэтому Росрыболовство предлагает усилить контроль за транспортными судами, которые занимаются приемкой уловов рыбы и других биоресурсов с промысловых судов, ее транспортировкой и хранением. Мы подготовили и направили в правительство предложения по лицензированию деятельности в сфере транспортировки рыбы, которые поддержали ФСБ, ФТС и Минтранс России, а также администрации Камчатского и Хабаровского краев. А то получается, что мы работаем на благосостояние наших соседей. Северный Хоккайдо полностью зависит от наших браконьеров. Пусан вырос на нашем браконьерстве. Тонхе в Республике Корее – то же самое. Поэтому особо надеяться на совместную борьбу с браконьерами нам не приходится. Хотя у нас есть рычаги воздействия на наших соседей, в том числе и возможность разрешить или запретить им ловить в наших водах по межправсоглашениям. Китайцам последние три года ловить не даем, потому что они не заплатили за квоты на вылов. И для них это чувствительно.

- Вы как-то говорили, что уже в будущем году в Мировом океане можно поднять вылов с 500 тысяч тонн до двух миллионов.

- Да, в первую очередь это юго-восточная часть Тихого океана. Пока мы еще в состоянии отправить туда экспедицию. В этом районе можно взять до полутора миллионов тонн скумбрии и ставриды. Но возобновлять лов в Мировом океане надо при поддержке государства, частный бизнес такие затраты сегодня не потянет. Поэтому мы планируем создать госкорпорацию «Росрыбфлот» на базе Архангельского тралового флота. Экспедиция «Росрыбфлота» должна разведать там обстановку, чтобы понять, окупятся ли походы частных компаний так далеко. Далеко и рискованно, конечно, но надо идти. Именно в этом районе можно резко поднять улов. И что радует: вроде бы увеличиваются возможности для лова. Мы успешно завершили 37-ю сессию смешанной российско-норвежской комиссии по рыболовству. В 2009 году рыбаки Северного бассейна получили возможность выловить более 222 тысяч тонн трески. Это на 42 тысячи 450 тонн больше, чем в нынешнем году. Объем вылова пикши для северных рыбаков составит 84 тысячи 50 тонн, мойвы, пятилетний мораторий на которую в 2009 году снят, – 152 тысячи тонн. Таким образом общая прибавка объема вылова для России в будущем году составит 212 тысяч тонн. Это означает, что российские рыбаки в предстоящий год смогут получить дополнительно около 10 миллиардов рублей. На Дальнем Востоке тоже есть, что ловить. ОДУ по минтаю увеличено на следующий год на 30 процентов.

- Как чувствует себя отрасль нынешней осенью?

- Статистика свидетельствует, что неплохо. Например, Камчатстат опубликовал аналитический материал, в котором говорится, что за январь-сентябрь 2008 года экспортные поставки рыбной продукции составили более 360 миллионов долларов. Это почти на 16 процентов больше аналогичного периода 2007 года. Вообще надо сказать, что рыбный сектор экономики имеет тенденцию показывать хорошие результаты в периоды экономического спада. Это не только наши выводы. Сейчас российские рыбаки получили уникальный шанс увеличить долю присутствия на внутреннем рынке, а также на рынках стран Азиатско-Тихоокеанского региона и Европы. Европейский рынок насыщается прежде всего белой рыбой, в первую очередь минтаем. На данный момент более 90 процентов рынка закрывает продукция США и около 10 процентов – российская продукция. Общий мировой улов белой рыбы составляет около 6 млн. тонн. Доля минтая в нем – 2,5 млн. тонн, то есть около 45 процентов. Почти весь минтай добывают американские и российские рыбаки. По прогнозам, до конца 2008 года мы выловим полтора миллиона тонн, американцы – миллион. Однако на следующий год перед российскими рыбаками открывается дополнительная перспектива. В США резко снизили квоты на вылов минтая. Наши американские коллеги отмечают снижение улова за последние годы. В России, наоборот, – все последние годы происходит увеличение общих допустимых уловов минтая, и на следующий год его будут добывать в полтора раза больше, чем в Америке. Европа уже ощущает дефицит морепродукции. В этом и следующем году спрос будет преобладать над предложением. Поэтому российский ресурсный потенциал необходимо использовать как конкурентное преимущество. Однако, несмотря на значительные ресурсы морепродуктов, России будет непросто занять освобождаемую американцами нишу. Европейцам требуется филе первичной заморозки. Поэтому чтобы воспользоваться предоставленным шансом и получить долю присутствия не только на европейском, но и на мировом рынке белой рыбы, необходимо провести радикальную модернизацию перерабатывающих мощностей. Пока ситуация выглядит не в пользу российского бизнеса. Мы фактически субсидируем китайских переработчиков, а сами работаем на уровне себестоимости. Нам надо срочно создавать береговую инфраструктуру, современные холодильные мощности, организовывать переработку, маркетинг, продвигать свои биоресурсы. Государство готово помочь. В России впервые принята целевая программа развития рыбной отрасли. Цель этой программы – привлечь в рыбную отрасль инвестиции. Оценочный объем финансирования запланированных мероприятий порядка 62 миллиардов рублей. Почти половина из них – средства из федерального бюджета, остальное – деньги частных инвесторов. Федеральные деньги будут инвестироваться по трем направлениям: строительство гидротехнических сооружений (портов, причалов и так далее), строительство рыболовного и научно-исследовательского флота, воспроизводство. Это сигнал частному бизнесу: государство реально занимается отраслью, в нее можно инвестировать.

Мировой рынок рыбопродукции требует и от бизнеса, и от государства большой гибкости, способности принимать быстрые и при этом взвешенные решения. Если в данный момент Россия может выиграть за счет производства филе первичной заморозки, то нужно принять все меры к тому, чтобы этим воспользоваться в интересах российского потребителя и для стратегического развития успеха, предоставленного мировым экономическим спадом. В последний период российский вылов демонстрирует хорошие показатели темпов роста на уровне 3–5% в год. С условиями реализации Федеральной целевой программы развития рыбохозяйственного комплекса на ближайшие пять лет ориентир по вылову составляет около 4,5 миллионов тонн. Кроме того, я уже не раз говорил о готовности трех ведущих российских банков выделять кредиты в рыбопромысловый сектор экономики по 50 миллиардов рублей.

- Информагентства сообщали о том, что Росрыболовство внесло в правительство согласованные с Минэкономразвития предложения об изменениях в Налоговый кодекс, предусматривающие перевод отрасли на уплату единого сельхозналога.

- Да, предложения предусматривают признание рыбохозяйственных организаций сельскохозяйственными товаропроизводителями при условии, если доля дохода от реализации выловленных биоресурсов и произведенной рыбной продукции составляет не менее 70% общего дохода. Переход на уплату единого сельхозналога снизит налоговую нагрузку и позволит активизировать инвестиционный процесс в отрасли. Уже имеется положительный опыт применения этого налога в ряде рыбохозяйственных предприятий. Налоговая нагрузка на отрасль в настоящее время превышает 30%, расходы на топливо в 2007–2008 годах выросли в два раза. По расчетам нашего института экономики рыбного хозяйства, перевод отрасли на уплату единого сельхозналога позволит увеличить инвестиции в основные фонды с 1,7 млрд. рублей в 2006 году до 8 млрд рублей в 2009 году, 15 млрд. рублей в 2010 году и 25 млрд. рублей в 2011 году.

- А готов ли российский берег принять российскую рыбу?

- Мы мониторим ситуацию. В Мурманском рыбном порту для обработки дополнительных объемов рыбопродукции имеются все возможности. Все порты Приморья переходят на круглосуточный режим работы. В береговую инфраструктуру, повторю, готовы вкладываться иностранные инвесторы. Эти меры станут дополнительным стимулом для развития береговой переработки.

- Росрыболовство подготовило техрегламент по рыбе и рыбопродукции. Что это сулит потребителю?

- Техрегламент на федеральном уровне закрепит единые и обязательные требования ко всей выпускаемой предприятиями отрасли продукции и самому производству. В конечном итоге введенные нормы защитят здоровье граждан. Техрегламент не позволит злоупотреблять доверчивостью покупателей и оградит их от некачественной и небезопасной рыбопродукции. Для этого, кстати, необходимо осуществлять широкую информационную работу, например для того, чтобы отличить горбушу от кеты или других лососевых – необходимо прививать культуру питания.

Мы предполагаем, что с введением техрегламента произойдет дифференциация цен. Они будут в большей степени отражать качество рыбопродукции. А то порой под видом дорогой рыбы продают дешевую. Или морепродукция предлагается с большим содержанием так называемой глазури, а попросту – воды. С помощью Техрегламента можно будет навести порядок, дисциплинировать производителя, повысить ответственность продавца. Тогда останется лишь пожелать покупателям приятного аппетита!
Источник: fishcom.ru

Также в разделе:

ГК «Нижегородрыба» намерена открыть еще 2-3 рыбных гастронома в Москве...

2-3 февраля в Москве состоится II Международная конференция «РЫБА 2017. Технологии рыбопереработки и аквакультуры»...

На «Рыбной неделе» в Москве реализовали более 200 тонн продукции...

Хиты "Рыбной недели" в Москве: кижуч, нерка и олюторская сельдь...

Комментарии (0):

Эту новость еще никто не прокомментировал. Ваш комментарий может стать первым.

Войдите на сайт или зарегистрируйтесь, чтобы комментировать новости.



Авторизуйтесь,
чтобы получить доступ к личному профилю.

Недавние ответы:
Горячее предложение